Эрьзя

Творчество мордовского скульптора Степана Нефедова, окрыленное именем родного ему народа — Эрьзя, можно по праву считать одной из самых удивительных страниц мирового искусства XX века.

Степан Дмитриевич Нефедов (Эрьзя) родился 27 октября (8 ноября)  1876 года в деревне Баево Алатырского уезда Симбирской губернии в семье крестьянина. Обучался ремеслу скульптора в Московском училище живописи, ваяния и зодчества в мастерской С.Волнухина.

Весной 1907 года Эрьзя приезжает в Италию. Путешествуя по старинным городам, посещая знаменитые музеи и галереи, он знакомился с античной скульптурой, искусством эпохи Возрождения и барокко, приобщаясь к мировому художественному наследию. Он живет и работает на вилле Даниэле Тинелли в Лаго Маджоре, позже в Милане, бывает в Риме, Венеции, Флоренции. В 1909 году в Венеции молодой скульптор дебютирует на Международной художественной выставке, которая приносит ему первый  настоящий успех. О нем восторженно пишет итальянская пресса, его горячо поддерживает специалист по европейскому искусству Уго Неббиа.

С конца 1909 года по 1913 гг. Эрьзя живет и работает в Ницце, Париже и Со (Seaux), активно участвует в престижных выставка во Франции и Германии, Римской международной выставке 1911 года, путешествует по Европе, бывает в Швейцарии, Лондоне. С конца 1913 возвращается в Италию, живет в Леванто и Карраре, где успешно работает с мрамором. В Карраре сохранился пансион Гарибальди, где в 1914 году жил русский скульптор. Он также часто бывает на даче русского писателя-эмигранта А.Амфитеатрова в Феццано, где делает на заказ статую Иоанна Крестителя для местной церкви Кристо Ре. Готовится к участию в Венецианской международной выставке работой «Агриппина».

Летом 1914 года молодой мастер возвращается в Россию, регулярно участвует в московских выставках, продолжает разрабатывать в своем творческом методе новые пластические принципы, открытые в итало-французский период.

Дар монументалиста, обозначенный в итальянский период творчества Эрьзи, ярко раскрылся в революционные годы на Урале и позднее — на Кавказе, где скульптор провел несколько чрезвычайно плодотворных лет своей жизни. Он сумел вписать собственную интересную главу в ленинский план монументальной пропаганды, доказав этим, что может быть абсолютно  созвучным современной эпохе.

Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое.

Творческий метод молодого скульптора, столь успешно разработанный им в Европе и России, основанный на яркой индивидуальности, мастерстве и уди­вительной работоспособности, в последующий период получил расцвет в Аргентине (1927-1950).

Именно в Аргентине скульптор обнаружил субтропическое дерево кебрачо —  необычайно твердое, с выразительным рисунком, широким диапазоном цветовых оттенков и живописным своеобразием наростов определило особенности новой манеры Эрьзи. Декоративный эффект усиливал контраст необработанного дерева с тщательно отшлифованной поверхностью.

За двадцать три года пребывания в этой удивительной стране скульптор создал работы, многие из которых должны по праву войти в сокровищницу мирового искусства XX века. Каждый год С.Эрьзи участвовал в выставках в Аргентине, часто организуя и персональные экспозиции. Многие произведения, созданные в аргентинский период, можно по праву внести в историю мировой пластики ХХ века. К ним относятся «Лев Толстой», «Бетховен», «Моисей», «Музыка Грига», «Портрет секретаря Рамбиндтраната Тагора», «Дочь инков», «Медуза», «Мельпомена», «Волна», «Чилийка», «Обнаженная». Творчество русского скульптора всегда было в центре внимания журналистов и художников, вызывая неизменный интерес и восхищения многочисленных поклонников. Смелые эксперименты с деревом, поездки в сельву, грандиозные монументальные замыслы, жизнь художника-отшельника, дружба с великими современниками – все это страницы долгой удивительной жизни русского скульптора в Южной Америке.

Но хорошо известного за границей Эрьзю мало кто помнил на родине, о которой постоянно думал стареющий скульптор. Долгое время находясь на чужбине и живя в одиночестве, он справедливо тревожился за судьбу своих произведений.

Степан Эрьзя вернулся в Советский Союз в 1950 году. Он сумел сохранить и привезти на родную землю свои про­изведения — плод многолетней напряженной работы, порой невыносимо тяжелой, но всегда радостной. И в своей по­следней — московской мастерской скульптор продолжал упорно трудиться, боясь отложить резец хоть на мгнове­нье, ведь именно искусство всегда оставалось единственным смыслом всей его жиз­ни.

Степан Эрьзя умер в 1959 году в Москве в своей мастерской, его похоронили в Мордовии, навеки соединив его прах с родной землей. Но искусство этого удивительного скульптора, не знающее границ, отныне принадлежит всему человечеству.

Е.В. Бутрова